Помощь или зависимость?
Когда речь заходит о взрослеющих сыновьях, вопрос, действительно, часто возникает: помогает ли мать или, наоборот, создает лишние преграды? За 20 лет практики наблюдений выяснилось, что многие женщины, исполняющие роль жертвенной матери, на самом деле забывают о собственных желаниях и страхах.
Важный вопрос, который стоит задать: «Почему мне нужно содержать взрослого сына?» Ответы довольно откровенны и шокируют: «Чтобы я чувствовала себя нужной» — это часто слышно от матерей, которые боятся утратить свою роль.
Миф о жертвенности: удобная иллюзия
Взять, к примеру, историю Ларисы, 58 лет, которая последние 15 лет поддерживает своего сына Дмитрия после его развода. «Он не сможет справиться сам, кто его накормит?» — говорит Лариса, гордо несущая свой «материнский крест». Но на вопрос о том, что произойдет, когда он станет самостоятельным, она замолкает в слезах: «Наверное, умру от ненужности». Это и есть иллюзия любви, переплетенная с неуверенностью и страхами.
На самом деле, жертвенность часто становится удобной маской для женщин, не желающих выйти за пределы привычного мира заботы о детях.
Динамика отношений: кто на самом деле выигрывает?
Инфантильность взрослых детей порой кажется выгодной как для них, так и для родителей. Она добавляет родителям чувство контроля и уверенности в своей значимости.
- Взрослый сын гарантирует маме ощущение власти и права на заботу.
- Он не может уйти к другой женщине, оставаясь зависимым.
- Регулярное подтверждение важности матери устраняет ее страхи.
Многие из матерей, возможно, подсознательно желают, чтобы их дети оставались такими, чтобы не терять свою важную роль. Готовность отпустить — это настоящая любовь, даже если это сложно.
Женщины часто говорят о необходимости установить границы в отношениях с детьми, но забывают, что настоящие границы возникают не из отвержения, а из честности. Страх отпускания не позволяет им увидеть глубину своего отношения к детям и собственные потребности.
Честное признание в своем эгоизме может стать началом перемен. Лариса, согласившись на терапии признать свою зависимость от роли матери, ощутила облегчение, когда ее сын тоже раскрылся. Цена созависимости высока; за свою иллюзию нужности дети расплачиваются низкой самооценкой.
